190 views 0 comments

Космический театр одного актера. Репортаж с концерта Nicolas Jaar в Киеве

 

«Как найти Джаара?» – живо интересуются парень с девушкой в очереди у шаурмяшной «Али-Баба» в 50 метрах от столичного клуба Stereo Plaza, в котором через полчаса должен начаться концерт электронщика с мировым именем. Все просто – следуйте за нами.

Осенью 2014-го Николас Джаар впервые выступил в Киеве со своим проектом Darkside. Концерт прошел на «ура» и слухи о новом визите музыканта – на этот раз в сольном амплуа – начали курсировать еще тогда. 30 сентября 2017-го – ровно через год после релиза второй пластинки «Sirens», который многие музыкальные издания, в том числе Partyanimal, включили в топ лучших альбомов 2016-го – музыкант наконец дал сольник в Киеве.

С самого утра ясно, что город живет предстоящим концертом. Мы встречаем людей с билетами везде — в закусочной «Вьтнамский привет» на Бессарабке, баре Living Room на Подоле и хостеле возле Большой Житомирской. Наш сосед по комнате Максим приехал на концерт из Минска. Говорит, что вечером будет много белорусов – Минска в гастрольном графике музыканта нет. Максим и сам пишет музыку и черпает в треках Джаара вдохновение.

За полчаса до часа Х перед входом в Stereo Plaza выстраивается длинная очередь. К счастью, никаких проблем с организацией нет – уже через 10 минут мы проходим внутрь и успешно сдаем вещи в гардероб. Из колонок играет то, что обычно называют world music – румба, босса-нова и солнечный рэггей – музыка вне времени и модных тенденций.

Герой вечера появляется на сцене спустя 38 минут после заявленного. Его силуэт едва различим в клубах дыма, которым как никогда щедро обдают зал. Даже лицо Николаса находится в тени – контрастный свет с задника сцены подсвечивает лишь его фигуру и аппаратуру. Никаких экранов и прочей мишуры – чистой воды минимализм под стать музыке. чувствуется полное единение публики и музыканта, доверительный разговор «с глазу на глаз», без помех. Внимание не то, что не рассеивается – оно, как цепью, приковано к сцене. Есть только ты, Джаар и музыка между вами. Технические примочки окружают Николаса с трех сторон и напоминают останки космического корабля, упавшего на землю. Да и сам он с каждой минутой концерта все больше напоминает пришельца.

https://www.instagram.com/p/BZr34eUlOkN/?taken-by=river_styx

Музыкант начинает с интро, которое, кажется, продолжается не менее получаса. Джаар играет с толпой, как факир со змеей. «Коля, давай», — раздается из зала. Но Николас не спешит сразу раскрывать все карты – он медленно разогревается, гипнотизируя публику тягучим эмбиэнтом и лишь на 40-й минуте концерта (или около того) впервые «подает голос». Зал взрывается. То ли еще будет!

Задав нужный мотив, Джаар то и дело выходит из своего «космического корабля» с микрофоном в руке и начитывает текст бархатным баритоном. Публика встречает его мелодекломации одобрительным гулом. Хорошо известная «A Time For Us» заводит с полуоборота. Футуристическая «Space Is Only Noise If You Can See», рассказывающая о путешествии с небес на землю, погружает в медитативный транс. Испаноязычная «No», написанная музыкантом под впечатлением от поездки на историческую родину Чили и отсылающая к референдуму о продолжении правления диктатора Августо Пиночета (в бюллетенях было всего два варианта ответа: «Yes» или «No»), настраивает на латиноамериканский лад. «Three Sides of Nazareth», повествующая об ужасных преступлениях режима все того же Пиночета, берет за шкирку и переносит на танцпол настоящего берлинского рейва.

С каждой минутой ритм вечера ускоряется. Джаар чередует взрывной deep house с авангардными импровизациями и откровенно экспериментальными звуками, которые издает при помощи модульного синтезатора, размещенного по правую руку – порой они напоминают деликатный треск бьющегося стекла, а иногда похожи на гудение электродрели, от которого, кажется, вот-вот лопнут барабанные перепонки. Предсказать, что будет дальше, абсолютно невозможно – и от этого захватывает дух.

Для того, чтобы исполнить партию на одном из синтезаторов, Джаар вынужден повернуться к залу спиной — в последние годы жизни в такой манере часто играл Miles Davis. Под конец вечера Николас и сам перевоплощается в джазмена – саксофон, стоящий рядом с его «космическим кораблем», как и ружье в театре, конечно, должен был выстрелить. Музыкант выдает на нем фантастическое соло, после чего возвращается к синтезатором. «This is the end, beautiful friend», — затягивает The Doors сэмплированный женский голос. До конца, впрочем, еще далеко – грув продолжается даже после нескольких дежурных от «сэнк’ю» Джаара. Откланявшись, Николас возвращается вновь.  В этот вечер его не остановить.

«Сейчас я сыграю очень-очень старую композицию», — интригует Джаар и запускает одну из своих визитных карточек «Mi Mujer», которую написал в 17 лет. Сопротивляться бесполезно – на третьем часу концерта музыкант влюбляет в себя окончательно и бесповоротно. Следующий дальше ремикс на румбу «Elegua» кубинской группы Obbatuké, который Джаар играл в Boiler Room, только подтверждает его реноме одного из главных новаторов современной электронной сцены. Однозначно, самый необычный и сложный для восприятия концерт. Однозначно, самый неожиданный и приятный опыт.

2 часа 15 минут пролетают как один миг. Выдыхая и пытаясь обуздать эмоции, несколько тысяч человек тянутся в сторону гардероба. На выходе из клуба нас встречает октябрьская ночь, которая почему-то кажется по-летнему теплой.

Be the first to comment!
 
Leave a reply »

 

Leave a Response