208 views 0 comments

Растаять в 90-х. Репортаж с концерта Kedr Livanskiy в Киеве

 

На пороге столичного клуба Mezzanine – привычный контингент из девушек и парней, ностальгирующих по 90-м – эпохе, знакомой им лишь по фотографиям и документальным хроникам. Футболки цвета «вырви глаз», брюки, словно сшитые по выкройкам из затертых номеров журнала Burda, «а на ногах старая модель фирмы Adidas», как в свое время читали Bad Balance. Создается впечатление, что чем усердней здесь ты копируешь 90-е – тем больше ты свой.

Среди этих олдскульных тинейджеров как рыбы в воде чувствуют себя музыканты с афиш сегодняшнего вечера: участники киевской группы Stepan i Meduza, а также гостья из Москвы Яна Кедрина, она же Kedr Livanskiy. Саша Бурков, ½ Stepan i Meduza, обут в забавные черные лакированные туфли а-ля Майкл Джексон, его коллега Дима Машкин прихрамывает – говорит, что накануне получил травму на футболе. Яна Кедрина, героиня Pitchfork и NME, пьет пиво – вначале Hoegaarden, затем Kronenbourg Blanc – и беседует о чем-то с Сашей Злых, топовым диджеем «Схемы», главного столичного рейва, на котором в прошлом году сама успела отметиться. Пока музыканты здесь, в Mezzanine можно не спешить. Зато есть шанс подзарядиться настойкой, которую продают «с рук» у самого входа. Мы выбираем барбарисовую – ту, что покрепче.

Мероприятие начинается довольно рано – на улице еще даже не стемнело; очередь на лестнице в клуб тем временем достигает максимума. Stepan i Meduza здороваются «Весной» – бодрым новым треком, который войдет в их грядущий альбом. Винтажные гитары и синтезаторы сразу же переносят нас в 80-е. С каждой последующей композицией это ощущение лишь усиливается —  чувствуется, что ребята «на отлично» усвоили уроки Duran Duran, Tears for Fears, Spandau Ballet и других «новых романтиков», умело адаптировав их к нашим реалиям. Проникновенней всего, пожалуй, звучит «Пустота» – мечтательный трек из последнего альбома, который прекрасно подошел бы для белого танца в советском пионерлагере.

В завершение группа играет одну из самых запоминающихся вещей — «Долго объяснять». «Меня трудно понять, но мне долго объяснять, почему я для тебя чужой», — поет Дима Машкин. Впрочем, на сцене Stepan i Meduza совсем не выглядят чужаками; скорее наоборот – своими в доску. И даже небольшие технические неполадки не портят общей картины. Лишь одно «но» – в помещении жарко, как в субтропиках. Нужно выйти на балкон, иначе – пиши пропало.

Ряды под сценой постепенно уплотняются. После короткой паузы место у микрофона занимает Kedr Livanskiy.

Яна начинает с «качевого» техно-инструментала и очаровывает с первых же секунд. Далее следует «Arianda» – гипнотический пилотный сингл из будущего дебютного полноформатника. «Арианда, Ариа-ари-анда», — словно мантру повторяет Кедрина под биты, которые планомерно погружают в состояние транса.

«January Sun» продолжает гнуть эту линию – лирическую, таинственную и далекую от всего земного, но вместе с тем сыгранную безупречно.

Кедрина вооружена лишь MacBook’ом, MIDI-контроллером и собственным голосом, но даже этим минималистичным набором средств она умудряется передавать широчайшую гамму эмоций. Один за другим Kedr Livanskiy играет новые треки, которые наверняка войдут в ее сентябрьский релиз. С каждой композицией темп вечера ускоряется, музыка становится глубже, а чистый и звонкий голос Яны звучит все пронзительней.

«Razrushitelniy Krug» зал встречает аплодисментами. Кедрина тонет в дыму, подсвеченном красно-синим, зацикливает свой же вокал и пританцовывает у микрофонной стойки. «Sgoraet» кажется особенно актуальным – жара в клубе к тому моменту становится абсолютно невыносимой. Но интерес к тому, что будет даже, побеждает. «Все сгорело на х*й», — между тем улыбается немногословная Яна вместо стремительного outro трека. Судя по всему, вентилятор на сцене не сильно спасает ее.

«Otvechai Za Slova» приближает кульминацию вечеринки. Под массированную атаку битов и засемплированный свист устоять на месте практически невозможно – первые ряды синхронно отрываются от земли, да и сама Кедрина отрывается на сцене на полную катушку, напоминая довольного жизнью персонажа из пресловутых The Sims.

Сет-лист Kedr Livanskiy подходит к концу, но разгоряченная во всех смыслах публика зовет Яну на бис. «Что сыграть?» – интересуется она. «Ра-зру-ши-тель-ный круг», — кривляется тягучий голос из зала, копируя интонации Гаврилова, переводчика боевиков из 90-х («Ублюдок, мать твою» и далее по тексту). Сказано – сделано. Будем разрушаться по второму кругу! На сцену тем временем один за другим выбираются зрители – почти как в финалах концертов Tricky.

«Все, мне очень жарко и я хочу курить», — бросает со сцены Яна. Публика испытывает примерно те же эмоции. Скорее вынести себя на балкон – вдохнуть живительного кислорода, которого в Mezzanine, несмотря на красивое название, удручающе не достает. Катастрофически не хватает. Но даже этот момент не может испортить выступление, близкое к совершенству.

В конце концов, идеальный концерт – это не обязательно суперзвездный статус, до отказа заполненный стадион, килотонны звука и света, сотня технических работников и кордебалет в придачу. Иногда достаточно минимальных технических средств и естественного обаяния.

Be the first to comment!
 
Leave a reply »

 

Leave a Response